Рав Леви. Философия иудаизма, Тора. Бней Ноах, каббала
«Ваигаш»

Мы расстались на прошлой неделе в очень искусно закрученный, драматический момент, когда чаша, подложенная по приказанию Йосефа, обнаружена в мешке Биньямина, и теперь братья вернулись и пытаются как-то решить эту безумную проблему. Договор был такой. Когда их первый раз обвинили:

«Зачем же вы похитили чашу господина? Вы разве не знаете, что такой человек должен гадать на кубке? Это безумно отчаянный поступок, зачем вы ее прихватили?» И братья говорят: «Зачем такую напраслину возводить? Вот мы серебро, которое обнаружили в своих узлах, вернули добровольно. Как это мы украдем? И пусть тот, у кого найдется эта вещь, умрет. И мы тоже все будем рабами господина».

Чаша обнаружена у Биньямина, — они разорвали одежды, вернулись в город, и пришел Йегуда и братья его в дом Йосефа. До сих пор Йегуда уже долгое время не появляется в качестве главы среди братьев. Мы знаем, что первенец Яакова — это Реувен. Реувен потерял свой авторитет в несколько этапов. После истории с Бил-hой, Реувен перестал быть настоящим, реальным первенцем среди братьев. Авторитет принадлежит Йегуде. Йегуде, который своим авторитетом доходит до гуманитарного решения проблемы Йосефа, и произносит по-братски теплые слова: «Что мы выиграем оттого, что мы его убьем? Давайте продадим его хотя бы в рабство, что-то с этого наварится».

После чего авторитет Йегуды надолго падает, потому что, если бы Йегуда сказал им: «Верните его к отцу», они бы послушались его в этом. И в некотором смысле ответственность за весь этот поступок, не инициатива, инициатива-то принадлежит Шимону и Леви, но ответственность, чей авторитет был самым старшим. Йегуда промахнулся, поэтому Йегуда сразу после продажи Йосефа как бы исчезает из первых рядов.

Есть два парале-лельных сюжета, довольно сильно схожих. Йосефа продали; как и полагается очень искусному романисту, занавес опускается, мы ничего не знаем про Йосефа, и переносимся к Йегуде, который отправляется, женится, рожает сыновей, женит сыновей по очереди на одной и той же невестке, потом вле-тает сам в эту же красивую историю, рожает своих близнецов, и толь-ко после этого мы опять возвра-щаемся к Йосефу, у которого по сути, если отвлечься от каких-то точек сюжетных, в центре, опять-таки, та же самая история со слабым полом, который не так уж слаб, когда на него навалилась вся эта история с женой Потифара.

Притязания женщин

Эти две параллельные истории, которые, по сути дела, не так уж сильно отличаются. У женщины есть притязание к мужчине, или претензии, назовите это как хотите. И наши герои реагируют на эти притязания неодинаково, по-разному реагируют. Один устоял, хотя был на волосок от того, чтобы пасть, а другой вовсе не устаивал, заглянул, исполнил, непонятно по каким соображениям, и, походя, родил того, от которого произойдет наш весь царский род.

Йегуда.

То, что они так искренне ненавидели Йосефа, нам объясняет комментарий, что здесь, наряду с этим ужасным описанием отношений в семье, содержится очень большая похвала, что они не были двуличными людьми. Они не переваривают его, но они не делают вид, что они его любят.

Теперь, Йосефу было уже лет З7. В 22 года Яаков получил мера за меру, он 22 года уклоня-лся от выполнения обязанностей почитать отца, и за это 22 года он не знал, что Йосеф жив.

Небесное управление бывает иногда сурово до непостижимости. 14 лет, которые он задержался по дороге в ешиве Эзера, занимаясь Торой, это хорошее дело, но это не засчитывается. Но 22 года засчитывается как то, что не выполнял. Мог быстренько жениться и вернуться. И за это 22 года он страдал по поводу Йосефа.

Теперь Йегуда выдвигается на первый план, когда говорится, что Йегуда и его братья вернули-сь в город, поклонились, естественно, этому правителю, и сказал им Йосеф (это все еще конец предыдущего раздела «Микец«):

«Что это за дело, которое вы сделали? Неужели вы не знали, что непременно гадает человек, подобный мне?» Он не хочет говорить неправду и сказать: «я гадаю». Он-то не гадает, но человек, за которого он себя выдает, непременно должен гадать.

И сказал Йегуда: «Что’ скажем нашему господину? Что’ мы будем говорить и чем оправ-даемся? Бог нашел преступление твоих рабов. Вот рабы нашему господину, и мы, и тот, у кого оказался этот кубок».

И сказал Йосеф: «Упаси меня, Боже, поступить таким образом. Тот, у кого обнаружен кубок, тот будет мне рабом. А вы с миром ступайте к своему отцу«.

Смысл названия «Ваигаш»

Так закончился предыдущий раздел. И нынешний раздел начинается со слов «Ваигаш»: и подступил, приблизился к нему Йегуда и сказал: «Пожалуйста, господин мой, пусть скажет раб слово в уши господина моего, и да не разгорится твой гнев на раба твоего, потому что, что ты, что фараон».

Что значит «приблизился Йегуда». Что значит: «Да не разгорится твой гнев»?

По-пшат, это некоторые предупредительные фразы.

По-драш, за всем стоит намек, что ты прохвост, правитель. Что фараон, что ты – бессовест-ные совершенно обманщики. Ты нас стал спрашивать, есть ли у нас отец, брат. Мы что, свою сестру собрались за тебя выдавать замуж? Какое твое дело? Мы пришли бизнес делать, торгуй с нами! Что ты начинаешь семейные вопросы задавать? Ты сказал — приведите брата, я взгляну на него. Это называется «взгляну» — в рабство забирать человека?

Проблема пророческих снов, ее рассмотрение на различных примерах из Танаха

Йосеф для чего-то проводит братьев через всю эту серию испытаний, как Йосеф мог поз-волить себе это.

Йосеф подстраивал ситуацию так, чтобы реализовались его сны, вряд ли может счтаться достаточным, потому что, если я начну, даже будучи уверенным, что мои сны пророческие, подгонять реальность под мои сны, то так можно наломать очень много дров.

Пример. Один пример — это Корах, книга «Бамидбар». Он знал пророчески или близко к тому, что от него произойдет человек, который по пророческой силе равен Моше и Аарону, вместе взятым.

Корах оказался в дураках, потому что он проявил избыточную активность в содействии реализации пророческих данных.

Поэтому разумен ли ответ, что Йосеф хотел реализовать свои сны, и поэтому на всякий случай 22 года не сообщает отцу, что он жив, и делает эти интересные упражнения с братья-ми?

 Причины 22-летнего молчания Йосефа, его отношение к Яакову — своему отцу

Первое время, пока он раб у Потифара, тут есть серьезные основания. Дело в том, что выкуп пленников является одной из первейших заповедей у евреев, которая отодвигает почти все. Почти что из последних нужно собрать деньги, чтобы выкупить пленника, особенно если это близкий родствен-ник. Особенно если это любимый сын.

Когда он он уже стал правителем Египта, что’ ему мешает сказать: «Дорогой папа, устроился неплохо, правлю Египтом». Ничего подобного, молчок.

Наивно утверждать, что он добивается реализации пророческих снов, в том, что ему дол-жны поклониться братья и должен поклониться отец. Очень трудно понять, как человек своими руками подгоняет ситуацию к тому, чтобы так произошло. С каких это пор человек может руководствоваться снами для того, чтобы как-то действовать в реальном мире?

Тот, кто послал тебе сны, пус-ть сам и заботится об их реализации. Это не твоя прерогатива.

В чем состояло поручение, данное отцом? Сходить к братьям и сказать: «Ребята, как там, все о’кей? Пока!» Яаков может не понимать, до какой степени разгорелась ненависть братьев. Он понимает, что отношения очень далеки от гладкости. Он посылает Йосефа при полном отсут-ствии какойто прагматической нужды. Не было ни малейшей практической надобности, только проведать бра-тьев. И вернуть мне слово. Какое слово?

Йосеф понимает, что поручение состоит только в одном: установить с братьями братские отношения. Дома это не получается, потому что Йосеф приносит злые наговоры на братьев, а братья считают, что он подлый интриган, выслуживается перед отцом, наговаривает на братьев, чтобы он их не любил. И отец отправляет Йосефа туда, вдали от дома, чтобы они постарались установить эти братские отношения без него. И только этим можно объяснить, как такой мудрый и опытный человек идет на такой рискованный шаг.

Поскольку Йосеф доносит на них отцу такие вещи, за которые, если бы он захотел устро-ить суд, их надо было бы приговорить к смерти. Поэтому справедливо его самого приговорить к смерти. То, что они его помиловали, это просто их высокое благородство, не больше того.

Братья не сомневаются, что они вынесли ему совершенно справедливый приговор и благородно заменили его на ссылку вместо смерти. Единственное, что у них на совести скребет, что все это получается не очень милосердно в целом. Но о справедливости у них вроде нет сомнений.

Йосеф — человек действия, ему дана инструкция: иди и установи братские отношения с братьями. С братьями ему поговорить не дали, но ему встретился словоохотливый доброжела-тель, этот самый «иш», муж, который не столько ему встретился, сколько его встретил и спросил: «Что ты ищешь?» И Йосеф ответил ему программными словами. Он сказал: «Братьев моих я ищу». На что он получил ответ: «У, они далеко ушли от этого!»

Йосеф понимает, что эта задача надолго, так же, как Яаков, выходя по заданию матери на некоторое время к Лавану, понимает, что это долгое, долгое изгнание, что это начало безумно длинного галута.

Йосеф понимает, что задание, данное отцом, не на час и не на день, что это почти невыполнимое задание. Но на то Йосеф и является такой близкой копией Яакова, мидраш говорит, что они по очень многим параметрам схожи между собой. И вообще Йосеф по своим задаткам был достоин стать родоначальником 12 колен, сам по себе, добавить еще одно звено к происхож-дению дома Израиля.

Иосиф и жена Потифара, глубокий смысл этой истории

Но почему он не породил двенадцать?

Из-за истории с женой Потифара. Дама предложила, он любезно отказался, после чего последовала безобразная сцена домогательств с ее стороны, он бла-городно выскочил в окошко. Когда тебе 17 лет, и ты красавец необычайный, и полон жизненных сил, и дама из самого высокого круга общества, тратит все свое обаяние на то, чтобы тебя обольстить, — это очень нелегкий натиск.

И мы увидим, как он замечательно выстоял, если бы не то, что в Талмуде по поводу фразы: «Вот было, когда никого, кроме Йосефа и жены Потифара не осталось в доме, Йосеф пошел делать работу».

В Талмуде спор между равом и Шмуэлем, один из них сказал:

«Какая работа?! Он что, был простой раб?! Был распорядитель в доме. Со шваброй пошел работать?! Он просто с ней сговорился, что никого не останется дома, у них был идолопо-клонский праздник, все ушли, она сказалась больной, он идолопоклонством не занимается. Естественно, ситуация, когда больше никого нет, и он пообещал, что он к ней придет».

 Это выставляет всю ситуацию и нашего героя в несколько другом свете. Иначе довольно трудно понять: хорошо, она домогалась, хорошо, ты выскочил в окошко, но как ей удалось на лету сорвать с тебя всю одежду? И мидраш беспощадно рисует нам ситуацию, что Йосеф был готов сдаться. Потому что, когда красивая женщина изо дня в день убеждает тебя, что, в конце концов, ну что тут такого, ничего особенного, ничего выдающегося в этом нет, посидим рядом, поговорим, не надо так драматизировать ситуацию.

Остановился Йосеф в ситуации, когда человек не способен останавливаться. Потому что, говорит мидраш, он увидел в окне облик отца. Не надо думать, что отец мистическими силами перенесся, заглянул и улетел назад, не зная, что Йосеф жив. Тут объяснение совершенно нормальное, которое любой психолог подтвердит, что человек в острой ситуации видит в видении то, о чем он, может быть, подсознательно постоянно думает.

Отец, явившись ему, сказал: «На нагруднике первосвященника будут написаны имена всех твоих братьев. Ты хочешь, чтобы твое имя там отсутствовало?» Простые слова. И встает вопрос:

Йосеф ты, принадлежишь человечеству, когда, в конце концов, человек имеет право получить скромное, нормальное удовольствие молодого мужчины, или ты принадлежишь братьям, с которыми тебе предстоит наладить братские отношения?

Йосеф смог выпрыгнуть туда, в окошко, к этому видению, потому что он на самом деле принадле-жал все-таки той системе, а не этой.

В награду за то, что он совершил это сверхчеловеческое усилие, море расступилось, уви-дев гроб с останками Йосефа.

Иосиф и братья. Разговор Йегуды и Йосефа

Сила этой сцены, которая с невероятной напряженностью описывается в «Зоhаре» в том, что подступил Йегуда к Йосефу, когда два царя стоят друг против друга. Накал этого поколения в том, что один царь текущий, а другой царь навечно.

 Йосеф и Йегуда, от каждого произойдет свой Машиах.

Машиах Бен-Йосеф, который победит в войне Гога и Магога, когда все народы ополчатся против Израиля, и погибнет в этой войне. После чего придет Машиах Бен-Йегуда, Бен-Давид и начнет совершенно новую стадию существования человеческого мира.

С самого начала братья, когда еще первый раз правитель Египта начинает с ними раз-говаривать жестко, не понимают, что происходит. Что он вдруг на них озверился, чего он от них хочет? И, оставшись, как они думают, наедине, очевидно без переводчика, начинают обсуждение, мы его упоминали в прошлый раз. Что это все нам за брата, не потому что мы его несправедливо осу-дили. Справедливо, но он кричал, вопил, а мы остались равнодушны к его мольбам. Нельзя было проявлять такого жестокосердия, и нам теперь в наказание за это — вот такая жестокость со стороны этого правителя.

Правитель — он скотина, он ни сном, ни духом не ведает почему. Но небо посылает нам это в наказание за то, что мы так себя вели.

Леви находит деньги

Теперь один, который развязал по дороге и увидел деньги, был Леви. Почему он один? Потому что он остался без брата, брат сидит в тюрьме. А Леви развязал и видит деньги. Видит деньги и говорит: «Господи, что ж это с нами происходит такое? Может быть, это плата за Шимона, которого мы оставили как раба?» Они получили плату за Йосефа, и теперь думают, что это плата за Шимона. Шимон и Леви были инициаторами. И теперь — пожалуйста, Шимон сидит в тюрьме, а Леви находит у себя деньги, что бросает на него тень.

Йегуда начинает активно выступать только с момента, когда нашелся кубок в узле Биньямина. Но почему он не выступал перед Йосефом до сих пор.

Истинная причина продажи Йосефа

Что это сделал нам Бог?»— является не претензией к Богу, а ответом самим себе. Это оправ-дание суда: серебро оказалось здесь с нами, это нам сделал Бог. Это нам в наказание за то, что мы сами делаем.

Этими действиями Йосеф в довольно жестоких упражнениях с братьями, хочет передать им какое-то глубокое понимание, которого у них нет.

Йосеф хочет сообщить братьям, что’ является настоящей, глубокой причиной продажи его, это не напрасная ненависть между братьями, ревность, сны, которые их раздражали, доносы, которые их бесили, — все это было.

Йосеф своими снами не только хочет показать, что он планирует воцариться, стать пра-вителем над братьями. Когда он передает им весть о том, что отец поклонится сыну, в этом есть глубоко патологическая сторона. Отец не должен кланяться сыну.

Когда Йосеф сообщает братьям, что ему поклонятся Солнце и Луна, он передает им весть о том, что не надо слишком рано кричать: «Ура, мы приехали!» Еще не кончен галут, в мире еще ситуация, когда есть место тому, чтобы отец поклонился сыну. Это уродливая ситуация, чудовищ-ная.

В будущем не будет такого, чтобы сын был большой хахам, перед которым отец должен на людях вставать. В будущем люди не будут учить друг друга, в будущем все будут учиться из первоисточника. И братья видят, что, если он приносит им ненавистную, неправильную идею, то, по приме-ру всех предыдущих поколений, надо его убрать.

Йегуда начал свои рассуждения с вопроса: «Какая нам корысть с того, что мы его убьем?» И он, в конце концов, с этим своим прагматическим подходом, оказывается настоящим и непрехо-дящим авторитетом среди братьев, не в пример Реувену, который с самого начала, нам свидтельствует Тора, гнет к тому, чтобы спасти Йосефа и привести к отцу, он хочет хорошо, а у него все получается плохо. Реувен хочет благородной вещи — спасти, Йегуда говорит: «Какая нам корысть, давайте продадим».

И Йегуда гнет в какую-то очень важную сторону, чтобы просто убрать, еще не достаточно. Оттого, что Каин убил Авеля, он никуда не девал проблему.

Амос сердится на народ за то, как они относятся к пророкам. Он им говорит: «Ну хорошо, напоите Назира вином, заткните пророку рот, вы думаете, что от этого исчезнет пророчес-тво?! Если пророк вас обличает, что нет смысла не слушать его слов. Он пришел вам что-то говорить, что стоит послушать. Но оттого, что вы уберете человека, который носит ненавистную идею, эта идея никуда не денется, надо с ней как-то совладать».

Постепенное освоение братьями разных ступеней тшувы

Постепенно складывается представление братьев о том, что неприятности, которые на них сваливаются, чему-то соответствуют и расширяются: сначала посажен в тюрьму именно Шимон — ты был зачинщиком, ты и арестован.

Дальше — деньги обнаруживаются у Леви: ты был компаньоном в этом деле, и ты тоже полу-чаешь повышенное беспокойство. Когда они обнаруживают деньги у всех, значит, все в ответе, все участвовали.

Йегуда видит, что кубок нашелся у Биньямина, он понимает, что круг гораздо шире, чем можно было предполагать. Йегуда осваивает ступени тшувы одну за другой. Йегуда предлагает план (пусть все мы останемся рабами) не потому, что у него есть какая-то царская дорога, как схитрить и остаться в выигрыше. Йегуда понимает, что они сделали страшное дело, и за это страшное дело им полагается получить наказание с неба. И он готов принять рабство на них всех, потому что на них всех лежит вина. На Биньямине нет вины, он страдает за чужой грех. Но, тем не менее, он понимает, что это за тот же грех.

Братья приходят к Йосефу и говорят: «Вот, мы тебе рабы«. Мы тебя в рабство продали, сделай нам то же самое, отплати нам мера за меру.

Они говорят: «О, если бы Йосеф затаил против нас ненависть и отомстил бы нам мера за меру, чтобы этот грех на нас не висел, мы хотим отбыть наказание».

Начиная с Йегуды и кончая всеми братьями, они напрашиваются на то, чтобы Йосеф отплатил им по принципу «мера за меру», чтобы эта вина была перечеркнута.

Чему хочет Йосеф научить братьев во всей этой истории.

Ответственности. Насколько велика ответственность человека в этом мире. В этом смыс-ле, когда Йегуда ручается за Биньямина, он принимает на себя ответственность выше всего, что было до этого, очень серьезную ответственность.

И братья проникаются сознанием, какова сила, каков объем их ответственности только тогда, когда Биньямин втянут в эту историю, к которой ни сном, ни духом не был причастен.

Лешем шамаим

Йосеф провозглашает принцип Бога «Я боюсь», это обозначает: я не могу диктовать небу своих идей. Я обязан исполнять свои обязанности. Вы были уверены в своей правоте, вы дейст-вовали в интересах народа, истории, неба. Мы знаем, что самые страшные дела совершаются «ле-шем шамаим».

Если человек корыстный, он когда-то или добивается, или видит, что не пройдет, можно его как-то остановить, повернуть.

Но если человек действует во имя неба, то это конец, это страшное дело.

Братья совершали чудовищное дело, будучи абсолютно уверенными в своей бескорыст-ности, в правоте. В таких условиях можно понять то, что иначе совершенно непостижимо.

Как можно бросить раздетого брата в яму, полную змей и скорпионов и сидеть и кушать?! И не думайте, что они бросили и забыли, он вопит там «хай вэ-каям», как говорят. А они сидят и закусывают. Как это вообще можно понять, они что’, такие изверги? Они просто исполнили мицву, они действуют во имя неба.

Только в этот момент осознание братьев своей неполноты доходит до нужного уровня, потому что до этого, допустим, братья корили себя в жестокости, но, в общем-то, суд их был все-таки правильным. Надо было объявить амнистию. Но теперь, когда Йегуда осознает, что это в корне было неправильно, когда нельзя просто так брать на себя функции управления, заменяю-щего небесное управление. Т.е. ответственность человека здесь состоит в том, чтобы не путать, что входит в круг твоих обязанностей с тем, что тебе хотелось бы, чтобы было.

И, когда вы сейчас гововрите : «возьми нас всех в рабство вместо Биньямина, вместе с Биньямином, после смерти Яакова просто возьми нас в рабство, чтобы мы понесли заслуже-нное наказание», Йосеф хочет передать братьям потрясающе глубокую идею.

Всевышний сам решит, как наказывать, когда наказывать, наказывать ли, а вы должны делать тшуву. Делайте тшуву и не диктуйте небесному управлению, как вас наказывать.

Следствие и возмездие находятся в руках Всевышнего. Моя задача — это исправить то, что я могу исправить.

Я должен взаимодействовать не с грехом, а с собой, с последствиями, которые находятся в моей власти и не пытаться подставить свои желания на место небесного управления.

Такова идея, которая является результатом того, что Йосеф задумал некоторое проведение братьев через обостренную ситуацию.

Каждый человек, приходя сюда, поручился перед небесным Отцом исполнять добросовестно свои задачи, исполнил недобросовестно — старайся это исправить. Но не пытайся поменять свою профессию на совершенно новую и становиться на должность советника и давать советы главнокомандующим во время боя. Это не помогает.

 

 

 

admin @ 10:18

Извините, комментирование закрыто

Яндекс.Метрика