Рав Леви. Философия иудаизма, Тора. Бней Ноах, каббала
Глава Ницавим. Обновление нации

Талмуд дает гениальное прочтение строки: «Моше заповедал нам Тору, как наследие собрания Израиля.» Отмечая, что есть 613 заповедей, и что числовое значение слова Торы — 611, он говорит, что на самом деле Моше дал нам 611 заповедей, а две другие: «Я Господь, Бог ваш» и «У вас не должно быть других богов, кроме Меня» (первые 2 из 10 заповедей), евреи получили не от Моше, а непосредственно от самого Бога.

Есть другое различие, которое могли бы сделать мудрецы. Моше дал нам 611 заповедей, и в самом конце, в Вайелех, он дал нам две мета-заповеди, заповеди о заповедях. Это Хакель, повеление собирать людей раз в семь лет для публичного чтения (ключевых частей) Торы, и «Теперь напишите для себя эту песню» (Дварим 31:19), интерпретируемое традицией как повеление написать или принять участие в написании нашей собственной Сефер Торы.

Эти две заповеди выделяются отдельно от всех остальных. Они были даны после всего пересказа Торы в книге Дварим, благословений и проклятий и церемонии обновления завета. Они встроены в историю, в которой Моше передает руководство своему преемнику Иисусу Навину. Связь заключается в том, что и законы, и повествование связаны с непрерывностью. Законы призваны гарантировать, что Тора никогда не состарится, будет писаться заново в каждом поколении, никогда не будет забыта народом и никогда не перестанет быть его активной конституцией как нации. Нация никогда не откажется от своих основополагающих принципов, своей истории и самобытности, своей опеки над прошлым и своей ответственности перед будущим.

Обратите внимание на прекрасную взаимодополняемость двух заповедей. Хакель, национальное собрание, направлено на народ в целом. Написание Сефер Торы адресовано отдельным людям. В этом суть ковенантальной политики. У нас есть индивидуальная ответственность, и у нас есть коллективная ответственность. В иудаизме государство — это не все, как в авторитарных режимах. И один человек — это не все, как в современных радикально индивидуалистических либеральных демократиях. Общество завета создается тем, что каждый принимает на себя ответственность за всех, каждый посвящает себя общему благу. Следовательно, Сефер Тора — наша письменная конституция как народа, должна быть обновлена в жизни отдельного человека (заповедь 613) и нации (заповедь 612).

Вот как Тора описывает Хакель:

В конце каждого седьмого года, в год погашения долгов, во время Праздника Храмов, когда весь Израиль приходит предстать перед Господом, Богом вашим, в месте, которое Он выберет, вы должны читать эту Тору перед ними в их присутствии. Соберите людей: мужчин, женщин и детей, а также чужеземцев в ваших городах, чтобы они могли слушать и учиться почитать Господа, Бога вашего, и внимательно следовать всем словам этой Торы. Их дети, которые не знают, услышат это и научатся бояться Господа, Бога вашего, пока вы живете в земле, ради которой перешли Иордан. (Дварим 31:10-13)

Обратите внимание на инклюзивность мероприятия. Было бы анахронизмом утверждать, что Тора была эгалитарной в современном смысле. В конце концов, в 1776 году создатели Американской Декларации о Независимости могли сказать: «Мы считаем эти истины самоочевидными, что все люди созданы равными,» в то время как все еще существовало рабство, а у женщин не было права голоса. Тем не менее, Тора считала необходимым, чтобы женщины, дети и чужаки были включены в церемонию получения гражданства в республике веры.

Кто проводил чтение? Тора не уточняет, но традиция приписывала эту роль царю. Это было чрезвычайно важно. Тора разделяет религию и политику. Царь не был первосвященником, а первосвященник не был царем. Это было революционно. Почти в любом другом древнем обществе глава государства был и главой религии; это было не случайно, это было необходимо для языческого видения религии как власти. Но царь был связан Торой. Ему было велено держать при себе специальный свиток Торы, написанный для него; он должен был хранить его при себе когда садился на трон, и читать его «каждый день своей жизни» (Дварим 17:18-20). Здесь также, читая Тору собравшимся людям каждые семь лет, он показывал, что нация как политическое образование существует под священным покровом Божественного слова. «Мы народ, — неявно говорил царь, — созданный заветом.» Если мы сохраним его, мы будем процветать; если нет — потерпим неудачу.

Вот как Маймонид описывает саму церемонию:

По всему Иерусалиму затрубили в трубы, чтобы собрать народ; и в центре суда была принесена и установлена высокая деревянная платформа. Царь подошел и сел так, чтобы его чтение было слышно … Хаззан синагоги брал Сефер Тору и передавал ее главе синагоги, а глава синагоги передавал ее заместителю первосвященника, а заместитель первосвященника — первосвященнику, а первосвященник — царю, чтобы почтить его служением многих людей …
Царь читал упомянутые нами разделы до тех пор, пока не дошел до конца. Затем он сворачивал Сефер Тору и читал благословение после чтения, как это читается в синагоге … Прозелиты, не знавшие иврита, должны были направлять свои сердца и слушать с величайшим благоговением, как в тот день, когда Тора была дана на Синае. Даже великие ученые, знавшие всю Тору, должны были слушать с предельным вниманием … Каждый должен был вести себя так, как если бы ему читали Тору в первый раз, и как если бы он слышал это из уст Бога, ибо царь был послом, провозглашающим слова Божьи.

Помимо того, что Маймонид дает нам представление о величии этого события, он делает радикальное предположение: Хакель — это повторение дарования Торы на Синае: «как в тот день, когда была дана Тора,» «как если бы он слышал это из уст Бога,» и, таким образом, церемония обновления завета. Как он пришел к такой идее? Почти наверняка это произошло из-за описания Моше дарования Торы в главе Ваэтханан:

В тот день, когда вы предстали перед Господом, Богом вашим в Хориве, когда Господь сказал мне: «Собери [хакель] народ ко Мне, чтобы Я позволил им услышать Мои слова, чтобы они научились почитать Меня, пока они живут на земле, и могли учить своих детей.» (Дварим 4:10).

Эти слова повторяются в заповеди «Хакель», особенно само слово «Хакель,» которое встречается только в одном другом месте Торы. Таким образом, Синай воссоздавался в Иерусалимском храме каждые семь лет, и таким образом народ, мужчины, женщины, дети и чужеземцы, обновлялись в своей приверженности своим основополагающим принципам.

Танах дает нам яркие описания конкретных церемоний обновления завета во дни Иисуса Навина (Иегошуа 24), Гошеа (2 Судей 23), Асы (Диврей га-ямим 15), Езры и Нхеемии (Нехемия 8-10). Это были исторические моменты, когда народ сознательно заново посвятил себя после длительного периода религиозного рецидива. Благодаря Хакель и обновлению завета Израиль был способен снова и снова ставать молодым, восстановив то, что Ирмиягу назвал «преданностью вашей юности» (Ирмиягу 2:2).

Что случилось с Хакелем за почти 2000 лет, в течение которых у Израиля не было ни царя, ни страны, ни Храма, ни Иерусалима? Некоторые ученые сделали интересное предположение о том, что минхаг Эрец Исраэль, по обычаю евреев в Израиле и из Израиля, который продолжался примерно до XIII века, читал Тору не один раз в год, а каждые три или три с половиной года, для создания семилетнего цикла, так, чтобы второе чтение заканчивалось одновременно с Хакель, а именно на Суккот, следующий после шабатнего года.

Я бы предложил совсем другой ответ. Чтение Торы шабатним утром, обычай, который уходит корнями в древность, приобрел новое значение во времена изгнания и рассеяния. Есть обычаи, которые напоминают нам о Хакеле. Читатель Торы никогда не остается в одиночестве: обычно на биме есть три человека: сеган, читатель и человек , призванный к Торе, представляющие соответственно Бога, Моше и израильтян. Согласно большинству галахистов, чтение Торы — это ховат циббур, обязанность сообщества, в отличие от изучения Торы , которое является ховат яхид, обязанностью отдельного человека. Итак, я считаю, что керьят а-Тора следует переводить не как «Чтение Торы», а как «Провозглашение Торы.» Это наш эквивалент Хакеля, перенесенный с седьмого года на седьмой день.

Отдельным людям, не говоря уже о нациях, трудно оставаться вечно молодыми. Мы плывем по течению, сбиваемся с пути, теряем чувство цели, а вместе с ней и свою энергию. 
Я считаю, что лучший способ оставаться молодым — никогда не забывать «преданность нашей молодости», определяющий опыт, который сделал нас теми, кто мы есть, мечты, которые были у нас когда-то давно, о том как мы можем изменить мир, сделать его лучше, справедливее, духовно более красивым местом.

Хакель был прощальным подарком Моше, показывающим, как это можно сделать.

рав Джонатан Сакс

Шабат Шалом

Перевод Анастасии Яценюк

 

 

admin @ 09:44

Извините, комментирование закрыто

Яндекс.Метрика